Для Пермского научно-производственного объединения «Искра» минувший год стал периодом заметной разгрузки в залах арбитражных судов. Если в пиковом 2023-м совокупные претензии к предприятию достигали почти двух миллиардов рублей (1,74 млрд), а в 2024-м эта цифра держалась на уровне 1,38 млрд, то по итогам 2025 года исковая нагрузка рухнула более чем на миллиард, остановившись на отметке 364 миллиона рублей. Такая динамика, зафиксированная системой «СПАРК-Интерфакс», явно указывает на то, что буря многомиллионных разбирательств, бушевавшая вокруг завода последние пару лет, начинает стихать.
Цифра в 364 миллиона — это, конечно, не повод для безудержного оптимизма, но сам вектор изменений говорит о многом. Предприятие, которое еще недавно лихорадило от конфликтов с контрагентами, судя по всему, нашло способ договариваться по-новому. Яркий тому пример — самый громкий иск прошлого года. Компания «ОДК Инжиниринг» требовала от «Искры» 274,5 миллиона рублей неустойки. История тянулась долго и имела глубокие корни: она была связана с производством газоперекачивающих агрегатов для нужд «Газпрома». Как выяснилось в ходе судебных разбирательств, проблемы возникли из-за цепочки подорожаний — «ОДК Инжиниринг» поднял для «Искры» цены на газотурбинные установки, сославшись на решение самого «Газпрома», что поставило пермский завод в крайне неудобное положение перед его заказчиками .
Однако стороны проявили мудрость и не стали доводить дело до полного коллапса. Уже в феврале 2025 года конфликт был исчерпан мировым соглашением. «Искра» признала долг, но в ответ контрагенты отказались от взаимных претензий по штрафам и убыткам. Это классический пример того, как в условиях турбулентности промышленники предпочитают сохранить отношения, а не рубить сплеча.
Но судебные истории «Искры» в 2025 году не ограничились спорами с партнерами по цеху. Предприятие само перешло в атаку, причем на международном уровне. Осенью завод подал иск к немецкому гиганту Deutsche Bank AG. Сумма требований — 132,5 тысячи евро (около 12,3 млн рублей по текущему курсу). Причина банальна и печальна для многих российских заводов: санкции. «Искра» перечислила аванс за оборудование, которое должна была поставить французская компания SKF Magnetic Mechatronics (производитель сложных магнитных подшипников), но техника так и не приехала, а деньги застряли. Банк, выдавший гарантии, платить отказался. Теперь пермским юристам предстоит непростая битва, первое заседание по которой назначено аж на март 2026 года .
Между тем внутри самого завода тоже происходят серьезные тектонические сдвиги. Осенью 2025 года, всего через год после перехода «Искры» из структуры «Роскосмоса» в госкорпорацию «Тактическое ракетное вооружение» (КТРВ), на предприятии сменился генеральный директор. Сергей Юрасов, руководивший заводом с 2020 года, покинул пост 20 октября . На его кресло заступил Владимир Дудчак, которому теперь предстоит выводить флагман пермского машиностроения на новые рубежи в составе оборонного холдинга. Интересно, что в обновленный совет директоров вошли представители КТРВ во главе с Борисом Обносовым, а также Алексей Андреев — гендиректор другого пермского гиганта, ПНППК, который тоже недавно вошел в «Тактическое ракетное вооружение». Таким образом, Пермь превращается в один из ключевых узлов российской оборонки .
Сейчас «Искре» приходится непросто: завод, исторически славный созданием твердотопливных ракетных двигателей (до сих пор его разработки для комплексов «Молодец» считаются непревзойденными), давно уже живет в двух ипостасях — оборонной и гражданской . Половина доходов идет от продукции для ТЭКа: газоперекачивающих агрегатов, компрессоров и электростанций для «Газпрома». Но работать в нынешних реалиях тяжело. Цены на металл и комплектующие скачут, старые контракты, заключенные до пандемии и СВО, тянут в убыток, а западные санкции отрезают от привычных поставщиков. Неудивительно, что в 2024 году завод попал в блокирующие списки США, а до этого — под ограничения ЕС и Украины .
И все же, глядя на то, как «Искра» расчищает судебные завалы и интегрируется в мощную структуру КТРВ, можно предположить: завод нащупывает твердую почву под ногами. 364 миллиона исков — это уже не 1,7 миллиарда. Это значит, что шторм, если не кончился, то отступает. А там, глядишь, заработают на полную мощность и станки, и дипломатия.
